Саймон Уильямс, наследник империи оружия, всегда мечтал о другом. Не о контрактах с Пентагоном, а о софитах, аплодисментах и собственном имени на афише. Голливуд, однако, встретил его не оскаром, а ролью в мыльной опере «Любовные врачи», где его персонаж месяц выяснял отношения с горничной. Ирония была тоньше сценария: парень, чья семья снабжала армию, в кадре не мог уверенно держать игрушечный пистолет.
Его жизнь — гротескный ситком, где каждый поворот сюжета пародирует саму индустрию славы. Получив суперсилу от Барона Земо (классический «злодейский» продюсер, предлагающий контракт с дьяволом), Саймон не стал спасать мир сразу. Вместо этого он нанял агента, запустил линейку мерча и устроил ток-шоу, чтобы обсудить «бремя силы». Его костюм, ослепительно белый, казался костюмом для премии, а не для боя. Он не просто боролся со злодеями — он создавал медийный нарратив. Когда Мстители позвали его, он сначала проверил, улучшит ли это его имидж.
В этой сатире Голливуд — главный антагонист. Сила Чудо-человека питается от ионов, но его мотивация — чистый рейтинг. Каждая битва — это пиар-кампания, каждый подвиг — возможность для вирального ролика. Он судился с кинокомпанией за права на экранизацию своей жизни, пока мир спасал Капитан Америка. Его трагедия и фарс в том, что даже став по-настоящему могущественным, он остался заложником системы, где важнее не сделать добро, а быть увиденным. Его история — это зеркало, поставленное перед фабрикой грез, отражающее не героев, а бесконечную, тщательно отснятую гонку за актуальностью.
В финале этой несовершенной голливудской сказки Саймон, возможно, находит нечто настоящее. Но путь к этому пролегает через абсурд кастингов на роль спасителя, срыв съемок собственного героического сериала и понимание, что самое сложное — не победить суперзлодея, а остаться собой в мире, где даже добро упаковывают в попкорн.
