Ю Ман-су отдал бумажной индустрии двадцать пять лет жизни, став в ней настоящим экспертом. Он привел в порядок старый загородный дом, доставшийся от отца, и чувствовал себя вполне удачливым: крепкая семья, стабильность. Увольнение обрушилось на него неожиданно, словно удар из-за угла.
Месяцы поисков новой работы не принесли результата. Специалист его уровня оказался никому не нужен. На горизонте замаячила реальная угроза потерять дом, в который вложены силы и сбережения. Отчаяние копилось, сжимая горло тисками.
Именно тогда в голове Ман-су созрела мрачная, отчаянная идея. Он узнал о вакансии в компании, куда мечтал попасть годами. Но на одно место претендовали десятки таких же, как он — опытных, квалифицированных, отчаянно нуждающихся в работе. Их резюме сияли, а судьбы висели на волоске.
Мысль, сначала казавшаяся чудовищной, постепенно обрела четкие контуры. Что, если устранить конкурентов? Не в переносном, а в самом прямом смысле. Шаг за шагом отчаяние вытесняло моральные принципы. Борьба за выживание перешла в иную, страшную плоскость. Каждый из этих "бедолаг", как он сам, был готов на многое ради шанса. Но Ман-су, казалось, перешел некую невидимую грань.
Его план не был порывом ярости. Это был холодный, методичный расчет человека, загнанного в угол системой, которая больше не ценила его многолетний опыт. Дом был не просто имуществом — символом всего достигнутого, связи с прошлым, опорой для семьи. Его возможная потеря означала крах всей жизни, выстроенной за четверть века.
Теперь он изучал не только требования вакансий, но и биографии своих соперников. Искал их слабые места, привычки, маршруты. Каждый из них превратился из коллеги по несчастью в препятствие на пути к спасению. В его голове выстраивалась чудовищная логическая цепочка, где цель оправдывала самые немыслимые средства. Блестящие резюме этих людей стали для него не доказательством их профессионализма, а списком причин, по которым они были опасны.
Ю Ман-су стоял на краю, за которым исчезал тот человек, каким он себя знал. Давление обстоятельств оказалось сильнее, чем все его прежние принципы. И выбор, который он делал, уже не был поиском работы — это была борьба за существование в самом примитивном ее понимании.
