Шурик присел на скамейку в парке. Солнце грело спину, а он ловил взгляды прохожих. Каждому, кто замедлял шаг, он начинал рассказывать. Историю свою – про Нину.
Она была не просто студенткой. Нина училась на физика, с упорством разбирала сложные формулы. И при этом успевала всё: комсомольские собрания, спортивные соревнования, походы с гитарой. А как она смеялась! Звонко, от души, заражая всех вокруг своим настроением.
Шурик помнил день их встречи. Это было в читальном зале. Он искал конспект, а она сидела у окна, и свет падал на её страницы. Они разговорились о книге, потом о лекции, а потом просто о жизни. С тех пор он искал её повсюду – в коридорах института, в столовой, на улицах города.
Он рассказывает прохожим, как они ходили на каток зимой. Нина не умела кататься, держалась за его руку. Как весной собирали первые одуванчики. Как спорили до хрипоты о новых фильмах и строили планы, которым, казалось, не будет конца.
Её красота была особенной. Не броской, а какой-то внутренней, светящейся. Когда Нина увлекалась рассказом, её глаза горели, и забыть этот взгляд было невозможно.
Слушатели на скамейке меняются. Кто-то улыбается, кто-то торопливо кивает и идёт дальше. Но Шурик продолжает. Он говорит о том, как она могла поддержать в трудную минуту, как верила в людей. Говорит тихо, с паузами, будто вновь переживает каждый миг.
История не имеет громкого финала. Просто жизнь развела их по разным дорогам. Но для Шурика она осталась самой яркой главой. Он делится этой главой с незнакомцами, чтобы память о Нине – студентке, комсомолке, просто красавице – не угасала, а жила в этих случайных беседах под осенним солнцем.
